Являлось ли Великое княжество Литовское белорусским государством

В академической среде дискуссии о национальной принадлежности Великого княжества Литовского (далее ВКЛ) продолжаются до сих пор. Причины кроются в специфике данного государства

Специфика истории ВКЛ

Великое княжество Литовское существовало на территории сразу нескольких современных держав Восточной Европы: Литвы и Белоруссии полностью, а Латвии, Украины, Польши и России — частично.

Конечно, в Средневековье не было принято национальное деление, хотя балты и славяне в ВКЛ очень серьезно отличались друг от друга уровнем культуры и государственности. При этом создание ВКЛ было делом именно литовской знати, долгое время выполнявшей роль правящего сословия.

До недавних пор вопрос о преимущественно «белорусской» государственности в ВКЛ вообще не стоял. Он закономерно возник в начале 90-х гг., когда белорусские националисты приступили к переосмыслению средневековой истории. Фактическим «отцом» версии стал писатель Николай Ермолович, не имевший исторического образования, но одержимый идеей полностью нивелировать вклад иных народов в историю ВКЛ.

Для того, чтобы ответить на вынесенный в заголовок вопрос, необходимо не только изучить политическую историю данного государственного образования, но и оценить роль каждого народа в его историческом развитии.

При этом в разные периоды истории Великое княжество Литовское не было однородным в культурном и религиозном отношении. Во многом это сыграло роковую роль в XV-XVI веках, когда внутренние противоречия привели к фактической ликвидации местной государственности и ее растворению в польской по своему характеру Речи Посполитой.

Роль «литовской» и «белорусской» элиты в создании ВКЛ

Белорусско-литовская летопись 1446 года определенно свидетельствует о том, что основание ВКЛ было осуществлено балтскими князьями с территории современной Литвы.

На момент создания литовской государственности (XIII век) все земли, на которых проживают современные белорусы, находились в состоянии глубокой феодальной раздробленности. Полоцкое княжество, даже в пору своего наивысшего могущества находившееся на второстепенных ролях, при потомках Всеслава Чародея (ок. 1029—1101) окончательно распалось на ряд уделов, неизменно продолжавших дробиться в последующее время.

В XII-XIII веках мы не встречаем среди полоцких Рюриковичей сильных личностей, способных объединить страну. Более того, некоторое время Полоцком правит смоленская династия.

Возникает резонный вопрос: на каком основании создание ВКЛ приписывается западнорусским князьям?

Внятного ответа на него у создателей «белорусской» идентичности ВКЛ нет. Вместо этого они пытаются локализовать историческую Литву в пределах современной Белоруссии, а ее население отнести к славянам.

Вместе с тем непредвзятому историку очевидно, что основатель первой династии литовских князей Миндовг и последующие литовские князья белорусами не могли быть в принципе. Они носили балтские имена, открыто называли себя язычниками, их интересы на первоначальном этапе были локализованы прежде всего в балтских землях. А в середине XIV века Ольгерд и Кейстут, сыновья основателя самой известной династии великих князей литовских Гедимина, даже разделили государство на славянскую и балтскую части, чтобы упростить управление разнородными регионами.

Собственно говоря, летописцы однозначно свидетельствуют, что в западнорусских (белорусских) землях Миндовг и его дружина появились после гражданской войны в Литве. Воспользовавшись полной беспомощностью местной династии Рюриковичей, они взяли на себя роль правящей элиты и начали захватывать местные земли, неспособные оказать им сопротивление. При этом местная западнорусская элита чаще всего сохранила некоторые права в прежних владениях, а часть ее поступила на службу к литовским князьям.

Религиозный аспект

К середине XIII века все западнорусские земли были крещены по православному обряду.

Разумеется, вся западнорусская знать (без исключения) также была православной. Если бы именно она выступила создателем ВКЛ, то государство с самого начала было бы целиком православным.

Однако ничего подобного в Великом княжестве Литовском мы не наблюдаем. От Миндовга до Витовта все литовские князья являются язычниками.

Учитывая значимость религиозного вопроса в то время, мы вынуждены констатировать, что балтская знать настолько чувствовала себя хозяином положения, что не находила нужным уважать религиозные чувства на подчиненных ей территориях. В данном случае мы имеем совершенно уникальную для средневековья ситуацию, когда христианами управляли язычники, а местная знать с этим мирилась.

Литовцы оставались язычниками вплоть до Кревской унии 1385 г., когда сын Ольгерда великий князь Ягайло крестил их по католическому обряду. Это был еще один удар по самолюбию западнорусской знати, так и не сумевшей до конца ассимилировать пришельцев.

Действия литовских князей красноречиво свидетельствуют о том, что православные подданные для них были все-таки покоренным народом. Да, покорение проходило не в форме жестокого противостояния, однако строить свою государственность на наследии полоцких Рюриковичей литовские князья не стремились.

Более того, иногда они (как Ольгерд) даже казнили своих православных подданных за защиту веры.

Отмечу также, что когда принятие христианства стало насущной необходимостью для политических целей, то все литовцы крестились в одночасье по католическому обряду. То есть принятие веры западнорусских земель (православия) для правящей элиты не являлось обязательным. Понятное дело, что ни о каком западнославянском аспекте государственности в таких условиях говорить не приходится.

Культура

Сфера культуры ВКЛ наиболее подвержена мифотворчеству, поскольку является единственной областью, где западнорусский элемент сыграл решающую роль.

Балтские племена на середину XIII века не имели собственной письменности и сформированной государственности. Их элита, утвердившаяся в западнорусских землях, была вынуждена перенимать культурные достижения местного населения, чтобы эффективно управлять им. Однако, как сказано выше, это не приводило к ассимиляции литовцев и превращению их в часть западнорусского народа.

Здесь уместно привести пример с маньчжурской династией, в свое время утвердившейся в Китае. Ее правящая верхушка заимствовала у покоренных народов язык и некоторые обычаи, однако при этом продолжала считать себя маньчжурами. То есть четко отделяла себя от местного населения, хотя и использовала его культурные достижения.

Принятие определенных культурных навыков и практик не привело к ассимиляции. Литовская знать предпочитала просто быть правящим сословием. Именно поэтому в Великом княжестве Литовском православная культура так и не стала господствующей.

Разумеется, были и обратные примеры, в том числе среди потомков правящих литовских князей. Так, дети Ольгерда от витебской княжны Марии Андрей и Дмитрий были убежденными сторонниками православия и защитниками местных традиций. Впрочем, они скорее ассоциировали себя с западнорусской знатью, чем с литовской элитой.

Часть западнорусской знати, допущенной в окружение литовских князей, пыталась влиять на характер государственности, однако не преуспела в этом. Позже из нее стала формироваться оппозиция правящей династии.

Литва и Москва

Отношения ВКЛ и Москвы — еще одно яркое свидетельство литовского происхождения местной государственности.

Дело в том, что уже при первых успехах московских князей по объединению русских земель интересы почти всех православных феодалов западнорусских земель начинают вращаться вокруг нового центра объединения Руси.

Это свидетельствует о том, что именно православная московская государственность была для православной знати белорусских земель своей, и как этнически русская и как религиозно православная.

Позже это приведет к массовым переходам западнорусских князей под крыло Москвы. До тех пор, пока литовские князья были язычниками, они не слишком преследовали православие, однако с переходом в католичество начались настоящие гонения.

Согласно Городельской унии 1413 года, лишь католические феодалы могли занимать ключевые государственные посты. Если бы государственность ВКЛ была «белорусской», то ничего подобного не могло бы произойти.

Таким образом, уже в XIV веке литовская правящая династия не только не ассимилировалась с местным населением, но и приняла другую веру, которую распространила на литовскую часть своих подданных. А население западнорусских земель, входивших в состав ВКЛ, было вынуждено терпеть гонения на веру и находило спасение в бегстве в московские пределы.

Построение Гедимином столицы в литовских, а не западнорусских землях также не было случайным.

Дело в том, что изначально столица была еще и языческим центром государства. Именно здесь находилась резиденция главного жреца литовских племен, перенесенная из покоренной крестоносцами Пруссии.

Христианские церкви в Вильно присутствовали, но не играли определяющую роль. Как я уже писал выше, литовские князья даже казнили наиболее ретивых православных, пытавшихся христианизировать местное население.

Языческий характер столицы был изжит лишь после того, как литовцы массово перешли в католичество. То есть приняли веру не западнорусских земель, а польских.

По той же самой причине в современном Вильнюсе много памятников литовской и польской культуры, но православные святыни практически отсутствуют.

Коренная Литва

Коренные литовские земли, входившие в состав Великого княжества Литовского, так и не стали по своему характеру западнорусскими.

Более того, всю историю княжества сохранялся определенный антагонизм между ними и белорусско-украинскими территориями.

Правящая литовская династия никогда не делала каких-либо попыток сблизить эти земли. Они и до настоящего момента не имеют ничего общего с Белоруссией и Украиной.

Заключение

Из вышеприведенных тезисов можно сделать следующие выводы:

1) ВКЛ управлялось чуждой западнорусским землям иноземной династией, не разделявшей религиозных воззрений восточных славян.

2) Ближайшее окружение литовских князей состояло из балтской знати, позже крещенной в католичество. Подавляющее большинство магнатских родов ведут свое происхождение из коренной Литвы. Западнорусская знать представлена лишь небольшим количеством родов.

3) Столица государства располагалась в центре литовских, а не западнорусских земель, там же находился и языческий, а позднее католический ее центр.

4) Использование славянской письменности, а также западнорусской культуры носило вынужденный характер, не влиявший на самоидентификацию.

5) Западнорусская знать в XIV веке связывает свои надежды с единоплеменной Москвой, а не с Литвой.

6) Литовцы оставались в государстве особым этносом, не связанным с западнорусским населением.

Таким образом, нет никаких оснований считать ВКЛ «белорусским» государством. Предки современных белорусов лишь частично приняли участие в государственном строительстве этой державы. Западнорусские земли всегда сохраняли второстепенный характер по сравнению с Литвой.

В конце XIV века начинается борьба между западнорусской знатью и литовцами. Она вылилась в две большие войны — Ягайло с Андреем Полоцким, а позже Сигизмунда Кейстутовича со Свидригайло. Поражение православной партии резко ухудшило положение западнорусского населения. Отныне и до конца существования ВКЛ многие его представители не просто находятся в дискриминационном положении, но и участвуют в противостоянии Москвы с Вильно.

В конечном счете ВКЛ из полуязыческой страны превращается в католическую, а государство перенимает польскую культуру и продолжает свое существование в русле польской государственности.

Евгений Константинов

ukraina.ru